Тибо. О необходимоcти общего гражданcкого права для Германии

Но не следует придавать слишком большое значение почитанию Традиционного! Размножившиеся местные обычаи и традиции слишком часто являются лишь простой правовой леностью, причем требуется легкий толчок, чтобы был сделан шаг к другой цели, совершив который законодатель, вносящий изменения, сможет рассчитывать на такую же благодарность, которой удостаивается лекарь, когда тот после долгого сопротивления со стороны Боязливого освобождает его от мучений одним легким надрезом. «Sapere aude!» («Решись быть мудрым!») справедливо и в этом случае, и, возможно, больше, чем в каком-либо ином. Обычный подданный не может понять правовую путаницу, ее основания, преимущества и недостатки или в конце концов не хочет задумываться над этим. Поэтому во всех важных случаях он ищет помощи у любителя права, ведь таковой должен разбираться в нем довольно хорошо! Затем он слепо следует совету, как бы плохо ни было обратившемуся за советом, и так продолжается изо дня в день. На то, что хорошо подошло бы и лучше всего отвечало потребностям одиночки, намечающаяся практика обращает внимание неохотно, зато обращает больше внимания на быстрое обслуживание нуждающегося в совете и на простую форму для всех, чтобы Дающий советы не был вынужден сильно напрягать силы своего разума и давать богатым клиентам множество советов. В этом отношении насмешки Цицерона в речи pro Munera можно считать чистой правдой. Совсем недавно я столкнулся со случаем подобного рода, когда однообразно по одной и той же форме обслужили более двухсот супружеских пар касательно их имущественных прав, которые следовало установить договором. Правда, иногда было не совсем понятно, отчего, например, элегантная дама получала самую полную имущественную общность с грубым расточителем; но степенный правовой помощник не хотел ни о чем ином слышать, и это было, видимо, самым лучшим. Таким образом, каждая пара уходила со своим порядочно оплаченным документом и могла себя утешить хотя бы тем, что любой напиток должен обладать своим особым качеством, если за него пришлось отдать приличные деньги. Правда, кое-где дело может обстоять, пожалуй, так, что традиционное Плохое уж очень очень сильно полюбится и будет удобным для Привыкших грешить, особенно если им помогают советом сомнительные знатоки права старой закалки. Но в нашем любимом Отечестве надо рассчитывать также и на то, что отдельные оригиналы подобного рода не вымрут никогда. Между тем Зло быстро исчезает, если сумеешь взять правильный тон чиновника из басен Геллерта. А ныне на это есть двойное право. Когда, наполовину обнажив шпагу, немцев любезно уговаривали принять Французский кодекс, то древнегерманским и достойным уважения полезным институтам не следовало столь быстро отступать, будто они никогда не существовали, а о ворчунах мало кто слышал. Следовательно, голос отечественного здравого смысла может требовать теперь такое же по меньшей мере уважение и послушание, как чужеземная наглость, а наш народ был бы опозорен навечно, если бы умный, доброжелательный друг Отечества не смог добиться того же, что удалось сделать без больших усилий хитрому и коварному иностранцу.
Еще можно было бы, пожалуй, возразить следующее: составление подобного свода законов о частном, уголовном и процессуальном праве таким большим Собранием, для которого каждая земля должна была бы назначить хотя бы несколько членов, было бы чрезвычайно длительным и дорогостоящим. Однако только мелкие душонки могут так возразить. Сумма усилий, которую надо будет приложить на подобный труд, не составляет и тысячной доли от того, что нужно будет добавить, если в дальнейшем, как и до сих пор, в каждой земле новый закон будет вытеснять другой, вследствие чего даже простое применение права станет безгранично трудным и дорогостоящим. Можно рассчитывать также и на то, что этот труд можно будет завершить за два, три, четыре года, ибо в прусском и австрийском сводах законов, во Французском кодексе и в том, что недавно создали в Саксонии и Баварии, мы имеем столь поучительные работы, что многое уже сегодня можно считать сделанным. Затраты же, пожалуй, не достойны упоминания и едва ли составят в каждой земли больше, чем содержание нескольких знаменитых артистов и артисток. Если же какой-либо чиновник казначейства будет настаивать на том, что его касса ничего не может выделить на подобные цели, то судьи и адвокаты земли, если они поймут свою истинную выгоду, будут готовы охотно оплатить небольшие расходы своими деньгами. Ибо сколь бесконечно доселе был ограничен умелый практикующий юрист вследствие того, что со своими знаниями он ничего не мог сделать в других землях, а оттого вынужден был всю жизнь оставаться, подавленный и согнувшийся, на своем родном клочке земли, в то время как судьба бросала его в мир! Единое Германское гражданское право устранило бы и эту трудность, облегчило бы правителям совершение правильного выбора полезных слуг, а заслуженным мужам дало бы надлежащие гарантии против издевательств со стороны кумовства и аристократии.
Но в любом случае сохраняется очень большая трудность, заключающаяся в традиционном укоренившемся упрямстве Ограниченных и Себялюбивых именно в подобных делах, когда речь заходит о необходимости создания чего-нибудь Дельного и Великого. Как далеко могла бы зайти и зашла в этом отношении Германская Слабость, показывают прежние обсуждения в рейхстаге, которые едва ли не напоминают польские рейхстаги. Кстати, нельзя забывать о том, насколько своеобразен именно теперешний момент и как много существует причин, чтобы рассчитывать на что-либо Выдающееся хотя бы на этот раз. Это время объединило любовью все народы Германского происхождения, и куда бы мы ни посмотрели, то увидим среди них примирившихся врагов, а друзья сплотились еще сильнее. Благодаря их мужеству и выдержке удалось то, что еще год назад казалось невозможным, и каждый охвачен желанием, чтобы это великое Мгновение благословило всех Германских братьев на многие годы. Поэтому наши правители не могут завершить последний акт так блекло, предоставив народу честь достижения всего прежнего Зла через его безграничные жертвы. Чтобы Борцы получили достойную награду за свою работу, чтобы в дальнейшем они доверяли своим правителям как Мужам, должно свершиться нечто Великое, Благородное, Возвышенное, но не с шутовским кривлянием, которое исчезает при сбрасывании маски, а с мужской силой, которая пронизывает сущность. Голос народа не даст успокоить себя в этом отношении, а сила времени будет неотвратимо действовать снизу вверх, если умы ограниченных советников не оттают сами собой. Да и благородные немецкие правители и государственные мужи, которым будут чинить лишние препятствия, смогут уверенно рассчитывать на защиту со стороны великих монархий, которые ныне дали мир миру, и уже из-за того, что они с редким воодушевлением сделали все необходимое для успеха виновников всего Зла, они, несомненно, не упустят возможности, чтобы поддержать советом и делом наш Благородный Народ, которому они обязаны большей частью своего успеха.

Страницы: 1 2 3

Комментирование закрыто, но вы можите поставить trackback со своего сайта.

Комментарии закрыты.